Как мы принимаем решения
Часть 7 из 7 Информация о книге
Для доступа к библиотеке пройдите авторизацию
Ранние годы Ганди и Хаммаршёльда максимально различались. Ганди жил в обстановке неопределённости, суматохи, лёгкого хаоса. Сложно представить, как это привело к изменившему мир решению. Хаммаршёльда характеризовал плавный и упорядоченный восходящий прогресс, и его изменившему мир решению сопутствовала бóльшая лёгкость.
Родившийся в 1869 году в штате Порбандар в прибрежной западной Индии, Ганди вырос в стране с уникальной древней культурой, которая веками была колонией и контролировалась различными европейскими силами. К середине 1800-х Индия стала известна как «жемчужина в британской короне». Семья Ганди была большой, состоятельной, влиятельной, но вместе с тем скромной. Как и его предки, отец Ганди занимал ряд местных административных должностей в колониальном правительстве, высшей из которых стала должность премьер-министра Порбандара, занимаемая им на момент рождения Мохандаса. Мать Ганди – четвёртая жена его отца – была набожной последовательницей веры Пранами. Она была крайне сосредоточена на тесной связи с божественным и проводила много времени молясь и держа посты.
Молодого Мохандаса нельзя назвать выдающимся ребёнком: он не был особо интеллектуально одарён и на самом деле считался некрасивым, хотя, по-видимому, обладал определённым очарованием. Он восхищался мирской силой отца и в то же время был очень близок к своей религиозной матери. Избалованный, младший ребёнок в семье с двумя дочерьми и двумя сыновьями, он жил вполне средней, по индийским меркам, жизнью, которая включала в себя традицию раннего брака, в его случае в тринадцать лет (невесте также было тринадцать). Через три года они стали родителями.
Отец Ганди умер в 1885 году, незадолго до того, как сам Мохандас стал отцом. Совмещённый опыт смерти и рождения оказался эмоциональным потрясением. В то же время положение семьи резко ухудшилось. Оно пошатнулось, когда отца Ганди перевели в менее желательный индийский штат. Обучение праву в Лондоне привлекало молодого Ганди, это позволило бы ему лучше обеспечивать свою увеличившуюся семью.
К 1891 году Ганди вернулся в Индию, готовый заниматься юридической практикой. Там он узнал, что, боясь расстроить его и помешать успешно закончить учёбу, семья скрыла от него известие о смерти матери.
Начало юридической карьеры Ганди было неблагоприятным; слишком косноязычный для того, чтобы вести перекрёстный допрос свидетеля, он с треском провалился на первом же судебном заседании. Благодаря связям вскоре его отправили в Южную Африку заниматься юридической работой другого вида, что должно было помочь ему освоиться, прежде чем снова вернуться в Индию и приступить к выполнению своих обязанностей. Вы знаете, что случилось с ним в Южной Африке, которую, похоже, не сильно заботило, что одна из её стран-сестёр в Британской империи считалась «жемчужиной».
Теперь обратим внимание на Швецию, где в привилегированной, относившейся к «политической элите» семье в 1905 году родился Хаммаршёльд, младший из четырёх сыновей. Он вырос в Уппсале, одном из городов исторической территории Уппланд, где его отец был губернатором, а во время Первой мировой войны служил стране в качестве премьер-министра. Такое семейное наследие оказало большое влияние на Хаммаршёльда. Он говорил:
От поколений солдат и государственных служащих со стороны моего отца я унаследовал веру в то, что не может быть более достойной доли, чем самоотверженное служение своей стране – и человечеству. От учёных и священнослужителей со стороны матери я унаследовал убеждённость в том, что в коренном понимании Евангелия все люди равны как дети божьи, и мы должны встречать и относиться к ним как к нашим господам в Боге.
Хаммаршёльд преуспел и в академической деятельности, и в карьере государственного служащего. Он был классическим «разносторонним человеком»[16], что определяется словарём Merriam-Webster как «талантливый или одарённый человек, обладающий значительными ресурсами или потенциалом».
В двадцать лет он с отличием окончил Уппсальский университет, став специалистом в лингвистике, литературе и истории. Он изучал экономику и десять лет спустя получил степень в юриспруденции, также в Уппсале. Переехав в Стокгольм, чтобы занять правительственный пост, он продолжил изучать экономику и в 1933 году получил докторскую степень в Стокгольмском университете, где учился в течение года. Он отлично зарекомендовал себя, продвигаясь по службе в шведском Министерстве финансов и Министерстве иностранных дел. Он занимал пост председателя совета Национального банка Швеции и был назначен заместителем министра иностранных дел в 1951 году. Внутренние и международные торговые и финансовые вопросы, а также сопутствующие им дипломатия и переговоры были основой его деятельности на благо Швеции. Он никогда не присоединялся к какой-либо политической партии.
В 1953 году Хаммаршёльда назначили генеральным секретарём ООН, созданной в 1945 году. Он был хорошо известен в этой молодой организации, поскольку руководил шведской делегацией на двух генеральных ассамблеях. Но его назначение на высший пост практически для всех стало сюрпризом. Посоветовавшись с отцом, Хаммаршёльд согласился занять должность – решение, которое дало ему уникальную возможность служить и преуспевать на мировом уровне. Его достижения за семь лет на посту генерального секретаря основывались на убежденности в том, что тихая (или превентивная) дипломатия в отличие от конфронтации была единственным нравственным способом решения конфликтов и, что более важно, их избежания. Такой подход, закреплённый в уставе ООН, довольно сложно осуществим даже в малом масштабе или в аналогичных ситуациях. В мировом масштабе, с иным размером, разнообразием и долгой исторической памятью обид, он кажется невыполнимым.
* * *
Получил ли кто-то из этих людей признание, став лауреатом Нобелевской премии мира?
Для Хаммаршёльда ответ короткий и приятный: да. Нобелевская премия была присуждена практически сразу же после его смерти в 1961 году и не была рефлекторной реакцией в момент скорби. Определённо, у генерального секретаря были свои недоброжелатели, даже смертельные враги (вспомните подозрительную причину рокового крушения). Но казалось, что миру необходимо незамедлительно почтить очевидный весомый вклад Хаммаршёльда в форме единственного посмертного присуждения, когда-либо осуществлённого Нобелевским комитетом. Хаммаршёльд был награждён за независимость, которую продемонстрировал в своём руководстве ООН, за работу по сохранению мира во время Суэцкого кризиса 1956 года и усилия по достижению мира в Конго – непосредственную деятельность на момент его смерти.
Для Ганди ответ тоже короткий и не такой приятный, нет. За свою долгую карьеру активиста он накопил многочисленных личных и политических почитателей и врагов; как и в случае с Хаммаршёльдом, вспомните, как умер «отец Индии». Несмотря на усилия его сторонников, которые номинировали его в 1937, 1938, 1939, 1947 и 1948 годах (за считаные дни до убийства), Нобелевской премии ему не присудили. Однако Нобелевский комитет дважды «кивнул» в сторону Ганди: в 1948 году не было вручено ни одной премии мира, а награждение далай-ламы в 1989 году было сопровождено комментарием председателя Нобелевского комитета: «Отчасти это дань уважения памяти Махатмы Ганди».
В завещании Альфреда Нобеля 1896 года, который сам был разносторонне талантливым шведом, учреждались и финансировались ежегодные премии за вклады в пяти областях: физике, химии, физиологии/медицине, литературе и деле мира. Экономика была добавлена в 1968 году как отдельно финансируемая награда. Присуждение каждой премии управляется отдельным органом (на момент своей смерти Хаммаршёльд был членом Шведской Академии, арбитром литературной премии). Премии необязательно должны присуждаться ежегодно в каждой категории. В 1974 году неофициальное предпочтение не выдавать премии посмертно стало официальной политикой; только Хаммаршёльд и ещё один человек удостоились этой чести[17].
Нет никаких подтверждений, что Ганди и Хаммаршёльд когда-либо встречались, но можете ли вы представить их разговор, если бы он состоялся? Этих двух разносторонних людей объединяло ключевое сходство, которое стояло выше их принадлежности к разным эпохам и разным культурам, разным расам и религиям. Оно вдохновляло их лидерство: Ганди использовал сатьяграху, а Хаммаршёльд – дипломатию.
Хьюберт Хамфри[18] хорошо сказал об этом в своей речи «Живое наследие Ганди», которую произнес в колледже Дага Хаммаршёльда в Вашингтоне, округ Колумбия, 18 ноября 1969 года: «Взаимосвязь очень легко проследить. Существует чёткое философское правопреемство от человека, который принёс на политическую арену концепцию ненасилия, к человеку, который стремился институционализировать ненасилие среди наций. Оба посвятили свои сердца и умы целям, всё ещё первостепенным для проблем человечества».
Это «философское правопреемство» определённо коренилось в духовности этих двух личностей, которую они унаследовали от матерей и развили своим уникальным опытом. Духовность любого человека, разумеется, глубоко лична и не может быть познана внешним наблюдателем. Но её результаты постижимы; взгляните на жизни и достижения Ганди и Хаммаршёльда. Они были не диванными теоретиками, а людьми действия, которые воплотили свои убеждения в практике.
Эта глава началась с цитаты Хаммаршёльда о его опыте принятия решений. Она взята из книги дневниковых и других личных записей, опубликованных после его смерти, «Заметки». В его словах можно ощутить некую мистическую духовность. Так что я закончу утверждением, сформулированным Ганди, когда последователь попросил у него совета по поводу принятия решений. В словах Ганди чувствуется истинная духовность:
«Если вы сомневаетесь, используйте следующий тест. Вспомните лицо самого бедного и самого слабого человека, которого вы когда-либо видели, и спросите себя, будет ли для него какая-либо польза от шага, который вы обдумываете. Он от этого что-то получит? Вернёт ли это ему контроль над его собственной жизнью и судьбой?»
Вот основные уроки по принятию решений от Ганди и Хаммаршёльда, над которыми стоит поразмышлять:
1. Делайте то, что правильно, независимо от того, какую цену за это придется заплатить. Но учитывайте, что вам нужно выжить, и примите меры, чтобы гарантировать, что так и будет.
2. Выявляйте своих врагов и уважайте их… но никогда не позволяйте им взять верх.
3. Будьте бдительны и осознавайте весь свой опыт и всё, что оказало на вас влияние.
4. Будьте гибкими в оценке ситуаций; некоторые требуют незамедлительной реакции, другие могут подождать.
5. Знайте свои ключевые ценности. Проецируйте их на принимаемые решения.
6. Будьте в курсе того, как ваши решения повлияют на других, прямо или примером, которые они подают.
7. Знайте, когда пришло время поразмышлять и дать оценку, а когда – подняться с кресла и применить теории на практике.
8. Осознайте, что если вы делаете то, что правильно, то в конечном итоге победите.
Глава 5. Маргарет Тэтчер
Я пришла к выводу, что мне придётся принимать большинство важных решений самостоятельно.
Маргарет Тэтчер
«Напористая и расчётливая», – написала The New York Times в некрологе леди Маргарет Тэтчер 8 апреля 2013 года. Дурной отзыв о покойной? Не совсем.
Маргарет Тэтчер, в которой некоторые видели реинкарнацию культовой королевы Елизаветы I, но еще и обременённую прозвищем Железная Леди, эти и другие качества были необходимы как премьер-министру Великобритании. Когда в 1979 году она вступила в должность, её страна, казалось, находилась в постоянном упадке. Когда она проиграла свои последние выборы и в 1990 году, её государственная служба закончилась, она могла удовлетвориться тем, что Британия вернула свой международный авторитет. Разумеется, она возглавляла принятие многих успешных решений. Так что, когда Маргарет Тэтчер – мировой лидер, которым я давно восхищаюсь, – написала в автобиографии, что одним из её лучших решений было выйти замуж за Дэниса Тэтчера, я подумал: а что о других решениях, которые были хорошими? Какие из них в действительности изменили мир?
Давайте взглянем на первое значительное решение, которое послужило проверкой её характера как премьер-министра – на самом деле это был ряд решений, – как искусно она разобралась с 11-недельной Фолклендской войной против Аргентины в апреле – мае 1982 года. Если бы Великобритания не одержала победу в этом конфликте, вряд ли ее внутренний и международный авторитет восстановился бы. Вероятнее всего, трёхлетнее пребывание Тэтчер на посту премьер-министра и её политическая карьера на этом бы закончились.
Для начала определим, что за женщиной была Маргарет Тэтчер и как это повлияло на её способность принимать решения, необходимые для успешного ведения войны?
Как и в случае Малалы Юсуфзай, о которой я пишу в последней главе этой книги, на Тэтчер большое влияние оказал её отец, Альфред Робертс. Не столько в выборе карьеры (хотя она учла пример, который он подал, участвуя в работе местных политических органов в их родном городе Грантем, в Линкольншире), а скорее в плане личных черт, которые он передал ей. Перешагнув порог дома номер 10 на Даунинг-стрит[19] в мае 1979 года, только что избранная в качестве премьер-министра Тэтчер ответила на вопрос репортёра: «Я практически всем обязана отцу».
Завершив формальное образование в тринадцать лет, мистер Робертс был бакалейщиком в маленьком городе и в конечном итоге стал местным муниципальным служащим и проповедником методистской церкви. Он был строг во всех аспектах собственной жизни и в своих ожиданиях от дочерей. Казалось, он мало чем наслаждался, кроме работы. Один из биографов Тэтчер отметил, что «воспитание Маргарет было неестественно строгим из-за стесненных обстоятельств и родителей-пуритан».
Семья Робертс (жена Беатрис, столь же строгая, как и её муж; тёща Фиби Стивенсон, от которой Беатрис унаследовала свою строгость; дочери Мюриэль, родившаяся в 1921 году, и Маргарет, родившаяся в 1925 году) жила «над магазином». Это было удобно, потому что работой в бакалейной лавке было необходимо заниматься с утра до ночи шесть дней в неделю. Став достаточно взрослой, Маргарет работала «за прилавком» (по сути, доской из красного дерева, которую постоянно полировали и которую она использует в автобиографии как метафору для своей жизни). Детство Маргарет было не простым, а скорее суровым, особенно когда годы Депрессии сменились эпохой Гитлера и Второй мировой войной. Не было даже простых бытовых радостей: музыкальные радиопрограммы нельзя было слушать, позволялись только новости и интервью. Отпуск и «свободное время» были неизвестными понятиями. Непрерывный труд определял юность Маргарет и стал одной из отличительных черт ее взрослой жизни.
Седьмой день недели в семье Робертс отводился богослужению. Мистер Робертс был активным служителем методистской церкви, проповедуя на нескольких службах в разных местах в своём «округе» каждое воскресенье, всегда в сопровождении семьи. (Интересно, что элементом этих воскресных служб была музыка.) Невзирая на отсутствие у него формального образования, мистер Робертс много читал, любил сочинять и имел репутацию убедительного оратора. Его собственная политическая карьера, связанная с ежедневными круглосуточными требованиями от избирателей, началась в 1927 году, когда он был «независимым налогоплательщиком». Позже он десять лет прослужил олдерменом[20] и год был мэром Грантема в 1940-х.
Собственные амбиции Маргарет простирались за пределы Грантема и семейного бизнеса, их можно было реализовать только с помощью образования. На каждом этапе пути она получала крайне необходимые ей стипендии. Школьное образование, окончание Оксфорда в 1947 году и степень по химии («дорога в будущее», как думала она) увенчались четырьмя годами работы в качестве химика-исследователя в нескольких фирмах в Лондоне и за его пределами. Что касается независимости… С деньгами на такие удовольствия, как хорошая одежда и парикмахерские, было так же туго, как и раньше в Грэнтеме, но биографы утверждают, что Маргарет начинала наслаждаться жизнью. Однако её всегда тянуло к политике, и в ранние годы дома, в школе и в университете, и когда она начала свою карьеру.
В 1949 году общие друзья, которых она знала по деятельности в политическом комитете, познакомили Маргарет с Дэнисом Тэтчером. Он не был ни политиком, ни наследником владельца магазина и не зависел от стипендий. Дэнис был прежде женатым ветераном войны, также изучавшим химию. Он происходил из семьи, владевшей огромным художественным бизнесом под названием Atlas Preservatives, и «жил в достатке».
На самом деле биографы Тэтчер дают понять, что финансовые характеристики Дэниса делали его «хорошим уловом» для амбициозной молодой женщины со скудными материальными ресурсами. В её автобиографии особое внимание уделяется неустанной поддержке, которую он ей оказывал на каждом шагу их совместной жизни.
Пара обручилась в середине первой предвыборной кампании Маргарет в 1951 году, но этот факт скрыли из страха, что голосующие могут счесть несерьезной женщину, вскоре собирающуюся замуж. Несмотря на это, она проиграла выборы, забросила химию и незамедлительно вышла замуж за Дэниса. Последовал очень короткий период «праздности», а затем Маргарет начала изучать право. Говоря сегодняшним языком, она «жонглировала» материнством, своими собственными обязанностями и карьерой Дэниса как возможного генерального директора Atlas Preservatives, а после её продажи – как директора многочисленных компаний без распорядительных полномочий. Их двойняшки, дочь и сын, родились в 1953 году, а в 1954 году Маргарет приняли в коллегию адвокатов. После пяти лет юридической практики и политической деятельности она решительно победила на выборах в парламент в 1959 году и оставила адвокатуру. Двадцать лет спустя она стала первой женщиной премьер-министром в западном мире.
Находясь на посту примерно неделю, в приветственной речи, адресованной немецкому канцлеру Гельмуту Шм
Родившийся в 1869 году в штате Порбандар в прибрежной западной Индии, Ганди вырос в стране с уникальной древней культурой, которая веками была колонией и контролировалась различными европейскими силами. К середине 1800-х Индия стала известна как «жемчужина в британской короне». Семья Ганди была большой, состоятельной, влиятельной, но вместе с тем скромной. Как и его предки, отец Ганди занимал ряд местных административных должностей в колониальном правительстве, высшей из которых стала должность премьер-министра Порбандара, занимаемая им на момент рождения Мохандаса. Мать Ганди – четвёртая жена его отца – была набожной последовательницей веры Пранами. Она была крайне сосредоточена на тесной связи с божественным и проводила много времени молясь и держа посты.
Молодого Мохандаса нельзя назвать выдающимся ребёнком: он не был особо интеллектуально одарён и на самом деле считался некрасивым, хотя, по-видимому, обладал определённым очарованием. Он восхищался мирской силой отца и в то же время был очень близок к своей религиозной матери. Избалованный, младший ребёнок в семье с двумя дочерьми и двумя сыновьями, он жил вполне средней, по индийским меркам, жизнью, которая включала в себя традицию раннего брака, в его случае в тринадцать лет (невесте также было тринадцать). Через три года они стали родителями.
Отец Ганди умер в 1885 году, незадолго до того, как сам Мохандас стал отцом. Совмещённый опыт смерти и рождения оказался эмоциональным потрясением. В то же время положение семьи резко ухудшилось. Оно пошатнулось, когда отца Ганди перевели в менее желательный индийский штат. Обучение праву в Лондоне привлекало молодого Ганди, это позволило бы ему лучше обеспечивать свою увеличившуюся семью.
К 1891 году Ганди вернулся в Индию, готовый заниматься юридической практикой. Там он узнал, что, боясь расстроить его и помешать успешно закончить учёбу, семья скрыла от него известие о смерти матери.
Начало юридической карьеры Ганди было неблагоприятным; слишком косноязычный для того, чтобы вести перекрёстный допрос свидетеля, он с треском провалился на первом же судебном заседании. Благодаря связям вскоре его отправили в Южную Африку заниматься юридической работой другого вида, что должно было помочь ему освоиться, прежде чем снова вернуться в Индию и приступить к выполнению своих обязанностей. Вы знаете, что случилось с ним в Южной Африке, которую, похоже, не сильно заботило, что одна из её стран-сестёр в Британской империи считалась «жемчужиной».
Теперь обратим внимание на Швецию, где в привилегированной, относившейся к «политической элите» семье в 1905 году родился Хаммаршёльд, младший из четырёх сыновей. Он вырос в Уппсале, одном из городов исторической территории Уппланд, где его отец был губернатором, а во время Первой мировой войны служил стране в качестве премьер-министра. Такое семейное наследие оказало большое влияние на Хаммаршёльда. Он говорил:
От поколений солдат и государственных служащих со стороны моего отца я унаследовал веру в то, что не может быть более достойной доли, чем самоотверженное служение своей стране – и человечеству. От учёных и священнослужителей со стороны матери я унаследовал убеждённость в том, что в коренном понимании Евангелия все люди равны как дети божьи, и мы должны встречать и относиться к ним как к нашим господам в Боге.
Хаммаршёльд преуспел и в академической деятельности, и в карьере государственного служащего. Он был классическим «разносторонним человеком»[16], что определяется словарём Merriam-Webster как «талантливый или одарённый человек, обладающий значительными ресурсами или потенциалом».
В двадцать лет он с отличием окончил Уппсальский университет, став специалистом в лингвистике, литературе и истории. Он изучал экономику и десять лет спустя получил степень в юриспруденции, также в Уппсале. Переехав в Стокгольм, чтобы занять правительственный пост, он продолжил изучать экономику и в 1933 году получил докторскую степень в Стокгольмском университете, где учился в течение года. Он отлично зарекомендовал себя, продвигаясь по службе в шведском Министерстве финансов и Министерстве иностранных дел. Он занимал пост председателя совета Национального банка Швеции и был назначен заместителем министра иностранных дел в 1951 году. Внутренние и международные торговые и финансовые вопросы, а также сопутствующие им дипломатия и переговоры были основой его деятельности на благо Швеции. Он никогда не присоединялся к какой-либо политической партии.
В 1953 году Хаммаршёльда назначили генеральным секретарём ООН, созданной в 1945 году. Он был хорошо известен в этой молодой организации, поскольку руководил шведской делегацией на двух генеральных ассамблеях. Но его назначение на высший пост практически для всех стало сюрпризом. Посоветовавшись с отцом, Хаммаршёльд согласился занять должность – решение, которое дало ему уникальную возможность служить и преуспевать на мировом уровне. Его достижения за семь лет на посту генерального секретаря основывались на убежденности в том, что тихая (или превентивная) дипломатия в отличие от конфронтации была единственным нравственным способом решения конфликтов и, что более важно, их избежания. Такой подход, закреплённый в уставе ООН, довольно сложно осуществим даже в малом масштабе или в аналогичных ситуациях. В мировом масштабе, с иным размером, разнообразием и долгой исторической памятью обид, он кажется невыполнимым.
* * *
Получил ли кто-то из этих людей признание, став лауреатом Нобелевской премии мира?
Для Хаммаршёльда ответ короткий и приятный: да. Нобелевская премия была присуждена практически сразу же после его смерти в 1961 году и не была рефлекторной реакцией в момент скорби. Определённо, у генерального секретаря были свои недоброжелатели, даже смертельные враги (вспомните подозрительную причину рокового крушения). Но казалось, что миру необходимо незамедлительно почтить очевидный весомый вклад Хаммаршёльда в форме единственного посмертного присуждения, когда-либо осуществлённого Нобелевским комитетом. Хаммаршёльд был награждён за независимость, которую продемонстрировал в своём руководстве ООН, за работу по сохранению мира во время Суэцкого кризиса 1956 года и усилия по достижению мира в Конго – непосредственную деятельность на момент его смерти.
Для Ганди ответ тоже короткий и не такой приятный, нет. За свою долгую карьеру активиста он накопил многочисленных личных и политических почитателей и врагов; как и в случае с Хаммаршёльдом, вспомните, как умер «отец Индии». Несмотря на усилия его сторонников, которые номинировали его в 1937, 1938, 1939, 1947 и 1948 годах (за считаные дни до убийства), Нобелевской премии ему не присудили. Однако Нобелевский комитет дважды «кивнул» в сторону Ганди: в 1948 году не было вручено ни одной премии мира, а награждение далай-ламы в 1989 году было сопровождено комментарием председателя Нобелевского комитета: «Отчасти это дань уважения памяти Махатмы Ганди».
В завещании Альфреда Нобеля 1896 года, который сам был разносторонне талантливым шведом, учреждались и финансировались ежегодные премии за вклады в пяти областях: физике, химии, физиологии/медицине, литературе и деле мира. Экономика была добавлена в 1968 году как отдельно финансируемая награда. Присуждение каждой премии управляется отдельным органом (на момент своей смерти Хаммаршёльд был членом Шведской Академии, арбитром литературной премии). Премии необязательно должны присуждаться ежегодно в каждой категории. В 1974 году неофициальное предпочтение не выдавать премии посмертно стало официальной политикой; только Хаммаршёльд и ещё один человек удостоились этой чести[17].
Нет никаких подтверждений, что Ганди и Хаммаршёльд когда-либо встречались, но можете ли вы представить их разговор, если бы он состоялся? Этих двух разносторонних людей объединяло ключевое сходство, которое стояло выше их принадлежности к разным эпохам и разным культурам, разным расам и религиям. Оно вдохновляло их лидерство: Ганди использовал сатьяграху, а Хаммаршёльд – дипломатию.
Хьюберт Хамфри[18] хорошо сказал об этом в своей речи «Живое наследие Ганди», которую произнес в колледже Дага Хаммаршёльда в Вашингтоне, округ Колумбия, 18 ноября 1969 года: «Взаимосвязь очень легко проследить. Существует чёткое философское правопреемство от человека, который принёс на политическую арену концепцию ненасилия, к человеку, который стремился институционализировать ненасилие среди наций. Оба посвятили свои сердца и умы целям, всё ещё первостепенным для проблем человечества».
Это «философское правопреемство» определённо коренилось в духовности этих двух личностей, которую они унаследовали от матерей и развили своим уникальным опытом. Духовность любого человека, разумеется, глубоко лична и не может быть познана внешним наблюдателем. Но её результаты постижимы; взгляните на жизни и достижения Ганди и Хаммаршёльда. Они были не диванными теоретиками, а людьми действия, которые воплотили свои убеждения в практике.
Эта глава началась с цитаты Хаммаршёльда о его опыте принятия решений. Она взята из книги дневниковых и других личных записей, опубликованных после его смерти, «Заметки». В его словах можно ощутить некую мистическую духовность. Так что я закончу утверждением, сформулированным Ганди, когда последователь попросил у него совета по поводу принятия решений. В словах Ганди чувствуется истинная духовность:
«Если вы сомневаетесь, используйте следующий тест. Вспомните лицо самого бедного и самого слабого человека, которого вы когда-либо видели, и спросите себя, будет ли для него какая-либо польза от шага, который вы обдумываете. Он от этого что-то получит? Вернёт ли это ему контроль над его собственной жизнью и судьбой?»
Вот основные уроки по принятию решений от Ганди и Хаммаршёльда, над которыми стоит поразмышлять:
1. Делайте то, что правильно, независимо от того, какую цену за это придется заплатить. Но учитывайте, что вам нужно выжить, и примите меры, чтобы гарантировать, что так и будет.
2. Выявляйте своих врагов и уважайте их… но никогда не позволяйте им взять верх.
3. Будьте бдительны и осознавайте весь свой опыт и всё, что оказало на вас влияние.
4. Будьте гибкими в оценке ситуаций; некоторые требуют незамедлительной реакции, другие могут подождать.
5. Знайте свои ключевые ценности. Проецируйте их на принимаемые решения.
6. Будьте в курсе того, как ваши решения повлияют на других, прямо или примером, которые они подают.
7. Знайте, когда пришло время поразмышлять и дать оценку, а когда – подняться с кресла и применить теории на практике.
8. Осознайте, что если вы делаете то, что правильно, то в конечном итоге победите.
Глава 5. Маргарет Тэтчер
Я пришла к выводу, что мне придётся принимать большинство важных решений самостоятельно.
Маргарет Тэтчер
«Напористая и расчётливая», – написала The New York Times в некрологе леди Маргарет Тэтчер 8 апреля 2013 года. Дурной отзыв о покойной? Не совсем.
Маргарет Тэтчер, в которой некоторые видели реинкарнацию культовой королевы Елизаветы I, но еще и обременённую прозвищем Железная Леди, эти и другие качества были необходимы как премьер-министру Великобритании. Когда в 1979 году она вступила в должность, её страна, казалось, находилась в постоянном упадке. Когда она проиграла свои последние выборы и в 1990 году, её государственная служба закончилась, она могла удовлетвориться тем, что Британия вернула свой международный авторитет. Разумеется, она возглавляла принятие многих успешных решений. Так что, когда Маргарет Тэтчер – мировой лидер, которым я давно восхищаюсь, – написала в автобиографии, что одним из её лучших решений было выйти замуж за Дэниса Тэтчера, я подумал: а что о других решениях, которые были хорошими? Какие из них в действительности изменили мир?
Давайте взглянем на первое значительное решение, которое послужило проверкой её характера как премьер-министра – на самом деле это был ряд решений, – как искусно она разобралась с 11-недельной Фолклендской войной против Аргентины в апреле – мае 1982 года. Если бы Великобритания не одержала победу в этом конфликте, вряд ли ее внутренний и международный авторитет восстановился бы. Вероятнее всего, трёхлетнее пребывание Тэтчер на посту премьер-министра и её политическая карьера на этом бы закончились.
Для начала определим, что за женщиной была Маргарет Тэтчер и как это повлияло на её способность принимать решения, необходимые для успешного ведения войны?
Как и в случае Малалы Юсуфзай, о которой я пишу в последней главе этой книги, на Тэтчер большое влияние оказал её отец, Альфред Робертс. Не столько в выборе карьеры (хотя она учла пример, который он подал, участвуя в работе местных политических органов в их родном городе Грантем, в Линкольншире), а скорее в плане личных черт, которые он передал ей. Перешагнув порог дома номер 10 на Даунинг-стрит[19] в мае 1979 года, только что избранная в качестве премьер-министра Тэтчер ответила на вопрос репортёра: «Я практически всем обязана отцу».
Завершив формальное образование в тринадцать лет, мистер Робертс был бакалейщиком в маленьком городе и в конечном итоге стал местным муниципальным служащим и проповедником методистской церкви. Он был строг во всех аспектах собственной жизни и в своих ожиданиях от дочерей. Казалось, он мало чем наслаждался, кроме работы. Один из биографов Тэтчер отметил, что «воспитание Маргарет было неестественно строгим из-за стесненных обстоятельств и родителей-пуритан».
Семья Робертс (жена Беатрис, столь же строгая, как и её муж; тёща Фиби Стивенсон, от которой Беатрис унаследовала свою строгость; дочери Мюриэль, родившаяся в 1921 году, и Маргарет, родившаяся в 1925 году) жила «над магазином». Это было удобно, потому что работой в бакалейной лавке было необходимо заниматься с утра до ночи шесть дней в неделю. Став достаточно взрослой, Маргарет работала «за прилавком» (по сути, доской из красного дерева, которую постоянно полировали и которую она использует в автобиографии как метафору для своей жизни). Детство Маргарет было не простым, а скорее суровым, особенно когда годы Депрессии сменились эпохой Гитлера и Второй мировой войной. Не было даже простых бытовых радостей: музыкальные радиопрограммы нельзя было слушать, позволялись только новости и интервью. Отпуск и «свободное время» были неизвестными понятиями. Непрерывный труд определял юность Маргарет и стал одной из отличительных черт ее взрослой жизни.
Седьмой день недели в семье Робертс отводился богослужению. Мистер Робертс был активным служителем методистской церкви, проповедуя на нескольких службах в разных местах в своём «округе» каждое воскресенье, всегда в сопровождении семьи. (Интересно, что элементом этих воскресных служб была музыка.) Невзирая на отсутствие у него формального образования, мистер Робертс много читал, любил сочинять и имел репутацию убедительного оратора. Его собственная политическая карьера, связанная с ежедневными круглосуточными требованиями от избирателей, началась в 1927 году, когда он был «независимым налогоплательщиком». Позже он десять лет прослужил олдерменом[20] и год был мэром Грантема в 1940-х.
Собственные амбиции Маргарет простирались за пределы Грантема и семейного бизнеса, их можно было реализовать только с помощью образования. На каждом этапе пути она получала крайне необходимые ей стипендии. Школьное образование, окончание Оксфорда в 1947 году и степень по химии («дорога в будущее», как думала она) увенчались четырьмя годами работы в качестве химика-исследователя в нескольких фирмах в Лондоне и за его пределами. Что касается независимости… С деньгами на такие удовольствия, как хорошая одежда и парикмахерские, было так же туго, как и раньше в Грэнтеме, но биографы утверждают, что Маргарет начинала наслаждаться жизнью. Однако её всегда тянуло к политике, и в ранние годы дома, в школе и в университете, и когда она начала свою карьеру.
В 1949 году общие друзья, которых она знала по деятельности в политическом комитете, познакомили Маргарет с Дэнисом Тэтчером. Он не был ни политиком, ни наследником владельца магазина и не зависел от стипендий. Дэнис был прежде женатым ветераном войны, также изучавшим химию. Он происходил из семьи, владевшей огромным художественным бизнесом под названием Atlas Preservatives, и «жил в достатке».
На самом деле биографы Тэтчер дают понять, что финансовые характеристики Дэниса делали его «хорошим уловом» для амбициозной молодой женщины со скудными материальными ресурсами. В её автобиографии особое внимание уделяется неустанной поддержке, которую он ей оказывал на каждом шагу их совместной жизни.
Пара обручилась в середине первой предвыборной кампании Маргарет в 1951 году, но этот факт скрыли из страха, что голосующие могут счесть несерьезной женщину, вскоре собирающуюся замуж. Несмотря на это, она проиграла выборы, забросила химию и незамедлительно вышла замуж за Дэниса. Последовал очень короткий период «праздности», а затем Маргарет начала изучать право. Говоря сегодняшним языком, она «жонглировала» материнством, своими собственными обязанностями и карьерой Дэниса как возможного генерального директора Atlas Preservatives, а после её продажи – как директора многочисленных компаний без распорядительных полномочий. Их двойняшки, дочь и сын, родились в 1953 году, а в 1954 году Маргарет приняли в коллегию адвокатов. После пяти лет юридической практики и политической деятельности она решительно победила на выборах в парламент в 1959 году и оставила адвокатуру. Двадцать лет спустя она стала первой женщиной премьер-министром в западном мире.
Находясь на посту примерно неделю, в приветственной речи, адресованной немецкому канцлеру Гельмуту Шм
Вы прочитали книгу в ознакомительном фрагменте. Купить недорого с доставкой можно здесь.
Перейти к странице: