Поводырь
Часть 25 из 27 Информация о книге
Для доступа к библиотеке пройдите авторизацию
А потом мы пошли туда, где лежит то, что я назвал драконьими яйцами
* * *
Пыль веков. Груды ящиков. И вот они, коробки с этими прекрасными «яйцами». Я сажусь перед ними и смотрю в освещенные магическим светильником бока драгоценных сфер. Максима и Барби отправил шариться по ящикам и подобрать себе что-нибудь из древнего, неубиваемого оружия, которое в конце концов может стать живым как мой Лед.
Кстати, давно с ним не разговаривал…лежит, бедолага в моей комнате, в шкафу, спит себе… Давно он не пил ничьей крови. Ну что же…никогда не говори — никогда! Все-таки надо его брать с собой, мало ли что…магия может и не сработать, а добрый меч — всегда поможет выжить. Или почти всегда.
Сижу и смотрю в радужную поверхность «яйца» — до слез, до покраснения глаз…уже в который раз смотрю. И кажется мне, что вот-вот все получится, вот-вот ухвачу, пойму, раскрою секрет этих сфер! И каждый раз ухожу разочарованный, и едва не завывая от досады. Ну не получается, да и все тут! Не получается!
Так и в этот раз. Просидел два часа, пока сзади не постучали по плечу:
— Господин! Вечер скоро! Я чувствую!
Да, Барби прекрасно чувствовала время. Впрочем — как и я. Мне пора идти. Сейчас я открою ворота — предварительно убедившись, что нас никто за ними не подстерегает. Если есть те, кто хочет уйти — пусть уходят. А еще я поправлю перекосившиеся ворота и укреплю их. Все-таки ведь я «ботаник» и кое-что понимаю в структуре предметов. Особенно после того, как скакнул на новый уровень магии. Меня теперь можно назвать архимагом — настолько выросли мои сила и умение. Да, я не справлюсь с большой толпой обычных имперских боевых магов, но любого из них — просто порву, уверен! И не одного! Так что пусть только попробуют сюда полезть — они будут очень удивлены. Неприятно удивлены!
* * *
Только в кино, когда вызывают добровольцев — весь строй делает шаг вперед. Все готовы умереть! Это неправда. Все хотят жить. И люди здешнего мира — не исключение. У ворот стояли человек сто пятьдесят, и среди них я с сожалением и досадой увидел несколько гвардейцев. Но ничего не сказал. Бог им судья. Верят имперцам, хотят выжить — пусть идут. Назад не приму! Дверь сейчас закрою наглухо.
Разобрать завал для меня плевое дело. Отодвинул телеги, загруженные булыжниками и придвинутые к воротам, убрал здоровенные камни, которые некогда лежали возле конюшни (непонятно зачем, может именно на этот случай?), убрал подпирающие ворота здоровенные бревна. Не руками, конечно — невидимыми «щупальцами» воздуха. Легко убрал, как соломинки и мусор.
В приоткрытые ворота желающие спастись выходили колонной — молча, пряча глаза от тех, кто наблюдал их исход. Хотя вообще-то стыдится было нечего. Если бы и у меня была семья, и я был бы уверен, что так они спасутся вернее — тоже отправил бы их из замка. Вот только это был неверный ход. Но когда они поймут — будет поздно. Каждый человек сам кузнец своего несчастья.
Захлопнул ворота за беглецами и стал править толстенную сталь петель. Что тоже было несложно — воздух, затвердев, работает не хуже той же самой стали. А потом я срастил стены замка и ворота. Как это сделал — не знаю. Просто мне пришло в голову, что было бы неплохо, если бы сталь ворот и перекрытие стали одним целым. И когда открыл глаза и перевел дух — увидел, что ворота теперь являются частью камня — они будто утонули в камне, так, как если бы он размягчился и стал пластичным. Ощупал место соединения и едва не обжег руку — настолько оно было горячим.
Подумалось — а как потом будем выходить? И тут же отбросил эти мысли — чтобы выйти, надо еще и существовать. То бишь — выжить. А это все под большим вопросом. Вот выживем — тогда и подумаем, как выйти. В крайнем случае — пойдем через тоннели. Но замок теперь взять гораздо труднее. Его Ахиллесову пяту я сейчас закрыл.
Глава 24
— Стрела — задумчиво заметил Кендал.
— Стрела! — мрачно подтвердил отец.
— Стрела — буркнула Скарла, как-то так подозрительно посмотрев на моего папашу. Она очнулась после моего лечения, открыла глаза…а тут мой папенька, собственной персоной! Я ведь Скарле не говорил, что он жив, и просто отдыхает в склепе! Вот как же она завопила! Видать решила, что уже на том свете. И надо отдать ей должное — не в обморок упала, не стала молиться Создателю или степным богам, а схватила кружку, стоящую возле кровати и запустила ей в призрака! Хорошо еще что папаша, обладающий отменной реакцией, успел все-таки поймать этот снаряд. Буквально вынул его из воздуха. Иначе…иначе пришлось бы лечить и папеньку. Рука у Скарлы сильна не по годам, а глазомер — как у лучника. Кстати — почему «как»? Она и есть лучник. Вернее — лучница. Степняки с детства учатся этому искусству и они славятся своим мастерством. Их могучие луки не всякий и натянуть-то может, не то что из них куда-то попасть. А они попадают.
В общем, стоило большого труда убедить старуху в том, что сей индивидуум не продукт ее воспаленного разума, не призрак, не зомби, а всего лишь результат стратегического маневра некого ботаника. Ботанику, кстати, прилетело. Даже папаша, вечно мрачный и никогда не улыбающийся — в этот раз улыбнулся, оценив фонтан ругани, которую исторгала Скарла. Ну что же…умеет она, чего тут еще сказать!
До сих пор никак не привыкнет, и сдается мне — время от времени борется с желанием потыкать папашу пальцем — теплый он, или холодный, рассыплется в прах, или нет. Однако сдерживается, не препарирует бывшего хозяина!
Три дня после визита командующего армией не происходило. Имперцы обосновались возле реки, не очень далеко от замка, но и не так близко, чтобы достать стрелой или магией, разбили шатры — все, как положено нормальной воинской части. Шатры ровненько, по струночке, вокруг шатров — вал, частокол. Ясное дело — опасаются степняков. И нас тоже — вдруг устроим вылазку? Да и вообще, как сказал Кендал, по армейскому уставу положено именно так оборудовать лагерь.
Я припомнил, что римские легионы даже на марше всегда обустраивали временные крепости, если можно их так назвать. Валы, частокол, и все такое. Возможно потому они всегда и побеждали. Так почему здешняя армия должна состоять из идиотов? Чего-чего, а воевать имперцы умеют очень даже неплохо. Чего стоит одна только «Атака двухсот» — Скарла нам рассказала, как бесился Собиратель, узнав о гибели своих бойцов под ударом всего лишь двух сотен латников. Кстати — всех впечатлило, и нас тоже, а капитан наших гвардейцев по-моему даже прослезился. Оно и понято — это же были его товарищи.
На четвертый день с рассвета в лагере потенциального противника было замечено нездоровое шевеление. В замок доносились звуки труб-горнов, свистки отделенных командиров, и когда солнце окончательно поднялось над горизонтом — перед лагерем имперцев стояло выстроившись в растянутое каре все их войско, начиная с легких пехотинцев, и заканчивая латниками на закованных в броню лошадях. Эти стояли впереди, блестящие, сверкающие на солнце — ну боевые роботы, да и только! Я видел войско рыцарей только в кино, и несмотря на серьезность момента, с интересом разглядывал выстроившуюся перед нами армию, на короткое время забыв о том, что собственно это наши самые что ни на есть заклятые враги. Притом гораздо более опасные, чем чертовы степняки.
Войско стояло, а перед ним на белом коне разъезжал этот самый генерал, который «втирал в уши» своим подчиненным явно что-то невероятно духоподъемное. Иначе как их заставить лезть на высоченную черную стену, на которой стоят проклятые чернокнижники (я!), которые явно умеют обращаться как с магией, так и с острыми стальными предметами.
Мы ждали, а войско все не шло и не шло. Ожидание смерти — хуже самой смерти? Наверное, в этом что-то есть, но…мне не нравятся как смерть, так и ее ожидание. Почему-то я думал, что генерал сделает еще одну попытку со мной договориться. Например — начнет воздействовать на моих подчиненных, рассказывая, что если я сдамся, то всех простят, и эти «все» заживут счастливой сытной жизнью. Но генерал ничего такого не сделал. Или ума не хватило, или он совершенно уверен в своей боевой мощи. Вернее — в мощи приведенного им сюда имперского войска.
Войско продолжало стоять еще примерно с полчаса, а потом вся эта масса народа пришла в движение. Вымпелы трепетали по ветру, латы блестели, копья смотрели в небо — красота! Вот только за каким чертом эти гвардейцы взгромоздились на лошадей? Где они видят войско, которое нужно разбивать «танками»? Каждый из этих рыцарей — точно танк, а танки по штурмовым лестницам не лазят.
Спросил Кендала, и он пояснил, что скорее всего конные латники нужны для защиты от фланговых ударов — степняки известны своей вероломностью, вдруг нападут? А так будет им сразу же дан укорот.
Подойдя на расстояние двух полетов стрелы, войско снова остановилось. Теперь было видно, что пехотинцы тащат какую-то хрень…камни, что ли? Откуда только их взяли…ночью возили, что ли? Может с собой были, на баржах? В виде балласта. Катапульты они пока что не делали — видимо решили штурмовать так, без «артиллерийской» подготовки.
Но я ошибался. «Пушки» вышли вперед, как только войско остановилось вне пределов досягаемости наших стрелков и нашей магии. Шестьдесят боевых магов и инквизиторов выстроились «Стрелой» и приготовились начать эту свою медитацию. Кстати, способ достижения единения у них ничем не отличался от того способа, каким пользовались степные шаманы. Завывание, раскачивание, какие-то заунывные речитативы…больше всего это мне напоминало чеченский Зикр — ритуальный танец, который служит единению людей, которые его исполняют. Под ритмичную «мантру» люди раскачиваются, ходят, бегают по кругу, приводя себя в состояние религиозного экстаза. Так сказать заряжаются энергией с помощью определенных ритуальных действий. Здесь происходило примерно то же самое, только маги оставались на месте, а не ходили и не кружились.
Мы заранее убрали со стен, со всех открытых мест тех, кто не нужен в отражении штурма. Женщины, дети, старики — во внутренних помещениях замка — ими всеми командует моя сестра, как и папаша благополучно восставшая из мертвых. Как оказалось — у нее великолепных организаторский талант, и я с облегчением перевалил на нее заботы по хозяйственной деятельности, подчинив ей всех — начиная от конюхов, и заканчивая самим комендантом замка. Ее знали, уважали, а тот факт, что она каким-то чудом восстала из мертвых придавал ей некую ауру загадочности и даже заставлял побаиваться. Сестра чернокнижника…проклянет еще! И сдохнешь, покрывшись черными бубонами!
Я думал, что боевые маги ударят воздухом, как это было со степными шаманами, или начнут засыпать нас кинжально-острыми сосульками, но…все оказалось гораздо хуже. Если бы не магические свойства замка, скорее всего нам бы пришел конец.
Это была огненная сеть. Зародилась сеть над шпилем главной башни, и стала опускаться, видимая даже в солнечных лучах. По ее толстенным нитям время от времени пробегали огоньки пламени, а пару раз я видел, как ударившись о сеть вспыхнули и мгновенно сгорели пролетавшие над замком птички — то ли стрижи, то ли ласточки. Вспышка! Искры! И на землю падает уже угольно-черный комочек. Представляю что будет, если сети коснется человек…
— Прячься! Все в укрытия! — кричу я, и бойцы бегут со стен, укрываются в нишах, забегают на террасу замка. Я пытаюсь остановить мерцающую огнем сеть магией, и у меня ничего не получается. Тогда тоже бегу под своды замка и с тоской смотрю на то, как это плазменное плетение медленно, но верно опускается, опускается, опускается…
И тут случилось то, чего я подсознательно ожидал и на что надеялся! Коснувшись башни, сеть замерцала, стала пульсировать, раздуваясь и сужаясь, а потом…в воздухе раздался звон, будто лопнула струна и сеть попросту исчезла. Показалось мне, или нет, но стены замка просто втянули, впитали сеть, как впитывает капли дождя сухой песок пустыни. Была — и нет этой чертовой сети!
Люди закричали, зашумели, потрясали в воздухе оружием, щитами, радовались так, будто не чудом избежали смерти, а выиграли некую эпическую битву. Но у меня тоже с души отлегло. Да, мой замок совсем не прост, но…я ведь наверняка не знал — что будет если на него набросить такую пакость!
— Никогда бы не подумал! — пробормотал под нос мой отец, а когда увидел, что я смотрю на него и улыбаюсь, тоже улыбнулся одними уголками губ, и пожал плечами — Нас никогда не осаждали. Не били магией. Мы всех били, а до нас никто не добрался.
И тут же посерьезнел:
— Это еще не все, сейчас…
Договорить не успел. Жахнуло так, что под ногами ощутимо тряхнуло! Вспышка ослепила и так слезящиеся на солнце глаза.
Бах! Бах!
Еще удар, еще!
— Шарами начали кидаться — прокомментировал отец очевидное, и показал на пронесшийся над нашими головами огненный шар, оставляющий за собой светящийся след. Шар врезался в крышу башни, и с нее посыпались осколки черепицы. Из чего я сделал вывод, что черепица не входит в состав структуры замка. Что тут же подтвердил отец:
— Вот суки! Два года назад черепицу обновили, теперь течь будет! А скоро сезон дождей!
«Супершмель» долбил по башне еще минут пятнадцать, вконец уничтожив крышу и не добившись ничего — даже самого маленького пожара. Замок гасил пожар на корню. Ну а потом прогудели трубы, послышались трели свистков — все понятно, начинается штурм.
Но как оказалось, это еще был не штурм, а так сказать…хмм…»предштурмие»! Осторожно выглядывая из-за выступов стены (не зубцы, как на Кремле, но похоже), я увидел, как пехотинцы медленно но верно движутся к стене, держа в руках…я вначале и не разглядел, что у них в руках, а потом…потом сообразил. И мне почему-то стало смешно. Вспомнился старый рекламный ролик давно почившего в бозе банка Империал — банка давно уже не было, а ролик нередко вспоминали. Делал его некий режиссер Бекмамбетов, прославившийся потом «Дозорами». Так вот, в ролике воины Чингисхана (Или Тамерлана? Я их все время путаю, никогда особо не интересовался этими персонажами истории) бросают в одну кучу камни, каждый по камню. А потом, возвращаясь из битвы, поднимают по одному камню. Но не все вернулись, осталась куча камней. И к оставшимся камням идет Тамерлан, и… «И поднимал он камни…и вспоминал он их имена!»
Потом даже пародию сделали, анекдот: «И была стройка, и был обед, и была водка. И шел прораб, и поднимал он их, и вспоминал он их имена!» Хе хе…
Но вообще-то смешного мало. Каждый брошенный в ров камень — это наша беда. Заполнят ров — вот и будет площадка для штурмовых лестниц.
Наши лучники начали осыпать стрелами этих…хмм…каменщиков, но все оказалось бесполезным — в их рядах, прикрытые высоченными щитами стояли боевые маги, прикрывающие в свою очередь пехотинцев прочным щитом магии. Я попытался достать магией — и пехотинцев, и магов — но все было бесполезно. Не пробиваю! Папаша тоже поколдовал — и сеть выпустил, и файрболлами покидался, и попытался поджечь землю под ногами супостатов, раскалив ее докрасна — бесполезно. Боевые маги гасили все наши усилия в ноль. Через полчаса наш ров на участке метров десять в длину был засыпан всклень, по самые края берегов.
Но пехотинцы не стали лезть на стены. Откатились назад, так же прикрываемые невидимыми за щитами магами, а к ним уже двигались повозки, колеса которых глубоко уходили в твердую землю. Точно, балласт со своих барж притащили — вон, и отсюда видно, как такие повозки загружают возле реки. Продуманные, суки!
Впрочем — а что я думал? Если здесь средневековье, так это не означает, что хроноаборигены полные идиоты! Хорошо еще пушек нет. Не знаю, выдержали бы стены замка пушечную пальбу…а еще беспокоит вопрос — а если способность отбивать магические и физические удары ограничена неким аккумулятором? Если закончится запас энергии?! Тогда что будет?! У меня есть подозрение, что запас этого самого «аккумулятора» не вечен. И что наполняется он не так быстро, как бы мне хотелось. И это самая большая опасность в настоящий момент. Если враг догадается и будет долбить стены замка сутками напролет…эдак можно и в самом деле лишиться головы.
Было еще два «каменных» захода. Потом пехотинцы отошли. И все это время латники стояли поодаль и смотрели на манипуляции с камнями. Кстати, как же им жарко в латах под палящим солнцем! Ох, не завидую!
На штурм они пошли уже под вечер, и я даже думал, что в этот день штурмовать не решатся. Решились. Штурмовые лестницы в руках, маги как обычно за щитами — и понеслось. Стрелы не берут, магия не берет — прикрылись, гады. Остается только отбиваться так, как в обычном средневековье — мечами, топорами, копьями — всем, что имеется в арсенале. Когда пехотинцы полезут на стены — маги уже не смогут их прикрыть.
Мои телохранители принарядились согласно моменту. Оба были в кольчугах — тех самых, из хранилища Предтеч. Нашлись размеры и на Барби, и на Максима. Все-таки заставил Барби надеть кольчугу — она вначале протестовала, потом подчинилась моему приказу. И не пожалела. Что это был за материал — не знаю, подозреваю что какой-то титановый сплав (можно и мифрилом назвать, от этого ничего не изменится!). Кольчуга была невероятно легкой, и ее не могла пробить секира Максима — специально клали на камень и рубили. Обычной секирой, конечно, не той, что у него сейчас. Так вот даже царапины на кольчужке не было. А секира слегка зазубрилась — как в камень ударил. Сейчас у Максима секира из хранилища — острая, как бритва, и способная легко разрубить обычную броню — как масло (тоже проверено!). Одна сторона секиры полукруглый топор, заканчивающийся мечеобразным выступом как у алебарды, вверху — острый штырь, рукоять тоже заканчивается штырем, ну и как противовес топору — длинный «клюв». Если таким врезать по броне…в общем — не завидую латнику, до которого доберется Максим с этой секирой.
У Барби все проще — меч, аналог моего Льда, кинжал — тоже из хранилища, и еще один кинжал — на спине. Метательные ножи, сюрикены — все из хранилища. Чего беречь-то?
Примерно так же одет и вооружен Кендал. Отец взял только меч и кинжал — кольчугу ему нельзя, как и мне — блокирует магию. Броня — это для простых людей.
Мы готовы. Бойцы на стенах, но самое главное — мы с отцом на стене. Все остальные получили приказ — как только эти олухи полезут на стену — бросать все, и бежать вниз. Почему бежать? Да потому что участок, который «замостили» эти придурки, в длину был всего метров двадцать, не больше. Два мага — я и отец, устроившись в середине этого участка, сможем уничтожить всех, кто поднимется на стену. Или я смету их магией воздуха, или отец сожжет файрболлами. А те, кто уцелеет — побегут вниз, вовнутрь территории замка — там их и встретят наши бойцы. Кендал будет прикрывать спину отца, Барби и Максим мою спину. Черта с два они пройдут! Накрошим, мало не покажется!
Но штурма не было. Пехотинцы организованно, по звуку труб и свистку откатились назад и отошли на расстояние, с которого мы их не достанем. Фактически — к реке, и там вроде как залегли. Латники на конях тоже ушли (ускакали!), и еще дальше, чем пехотинцы — почти в Степь. Что это такое было, зачем надо было изображать штурм — убей меня, не могу понять! Зачем мостили ров?! Зачем все эта вакханалия со штурмовыми лестницами?
— Разведка боем — послышался голос Кендала — Теперь они знают, как мы будем их встречать.
— Ну — знают? И что?! Как-то они все равно нас должны штурмовать? Как?!
— Посмотрели, потренировались, и в лагерь. Сейчас начнут сооружать метательные машины, а как соорудят…
— Начнут долбить замок? — перебил его я — А смысл какой? Замок, скорее всего, подпитывается из некого мощного артефакта, и чтобы этот артефакт опустошить, чтобы снять защиту замка — нужно приложить огромные усилия! Ты себе представляешь объем замка?! Представляешь, что они должны сделать, чтобы снять защиту? Я вот — не представляю! И меня это очень, очень беспокоит. Я ведь не боевой имперский маг! Отец, а ты что думаешь по этому поводу?
— Ничего хорошего не думаю — мрачно ответил папаша — Все ты правильно сказал. И я тоже не могу понять, что они задумали. Дело в том, что я ведь тоже не боевой имперский маг! Мне всегда хватало моей силы, и силы сыновей. И я никогда не интересовался всеми этими боевыми приемами, которыми владеют имперские боевые маги. А они, я тебе скажу, могут многое! Есть такие приемчики, которые знают только они, и узнать о них можно только дав специальную присягу их сообществу! И это кроме присяги императору, которую дают все без исключения. В общем, парни…мутное дело. Единственное, что скажу — не пойдут они в лагерь делать камнеметалки. Смотрите — вон, стоят, будто чего-то ждут!
— Все со стен! Уходите во двор! Быстрее! — прокричал я, сам не знаю — почему. Возникло такое состояние, как перед грозой! Что-то нависает, что-то давит, гнетет, и ты сам не знаешь — в чем дело. Темное небо, молнии на горизонте, ветер, бросающийся пылью и песком — все это действует на психику подавляюще. То же состояние у меня здесь и сейчас.
Почти все успели убраться со стен — мы с отцом и телохранителями — последними. И тогда ударило! Так ударило, что те удары, что мы получили в виде файрболлом, с сотрясением земли и все такое — это было детскими играми. Поздно я сообразил, что случилось. Но даже если бы сообразил — а что бы смог изменить? И отдаю должное имперским магам и стратегам, сделано, можно сказать — гениально.
Замок буквально заколыхался. Если бы он не был прикрыт магическим щитом — от него остались бы только развалины, а может даже и тех бы не осталось. В воздух поднялась туча камней, кипящая вода, земля — все это перемешалось и обрушилось на замок, раня и убивая его защитников. Я не мог их прикрыть, сам валялся на земле — ошеломленный, оглушенный, неспособный на какие-либо действия. Я на какое-то время оглох, и похоже, что не только я. У Кендала из уха текла кровь, а еще — над левой бровью обильно кровоточил неприятный порез, через который можно было рассмотреть белую кость черепа.
Барбара и Максим как ни странно практически не пострадали, только вымазались в земле и выглядели совершеннейшими замарашками — впрочем, как и мы все. Отец вытирал кровь с губы, разбитой ударом булыжника, и по-моему лишился двух передних зубов, но в общем и целом выглядел вполне себе нормально.